Зачем Россия развивает СПГ-индустрию, если экспорт газа приносит одни убытки

В первом квартале компания «Новатэк» снизила продажи СПГ на международных рынках по сравнению с аналогичным периодом 2019 года на 28,4%, до 2,45 млрд кубов. При этом добыча голубого топлива возросла на 3,1 млн баррелей н.э. (2,1%). Основная причина очевидного диссонанса заключается в падении «ниже плинтуса» спотовых цен на европейских и азиатских биржах. Их уровень не покрывает даже себестоимость производства сжиженного газа, не говоря уже о транспортных издержках.

Например, в Японии и Корее тысячу кубометров СПГ сейчас можно купить примерно за 75 долларов. А на самой популярной бирже ЕС – нидерландской TTF – ещё дешевле, всего за 40. Это в два с половиной - три раза ниже, чем в «кризисном» третьем квартале прошлого года, когда цены обвалились на 50% из-за беспрецедентного роста предложения со стороны США и Катара. Причина очередного, ещё более существенного снижения очевидна – пандемия коронавируса, которая снизила спрос на все энергоносители без исключения. И превратила торговлю голубым топливом в нерентабельный бизнес.

На этом фоне из разных регионов мира начали приходить известия о моратории на инвестиционные решения, связанные со строительством новых мощностей по сжижению. В частности, Qatar Petroleum отложил их утверждение, как минимум до июля. А крупнейший производитель СПГ в США Cheniere Energy сообщил о возможной отсрочке запуска третьей линии завода Corpus Christi мощностью 9,5 млн тонн. Быть может «Новатэку» также стоит задуматься о том, чтобы притормозить свой проект «Арктик СПГ-2»?

Катар
«Нынешняя конъюнктура является временной. Как только завершится воздействие на глобальную экономику пандемии коронавируса, она изменится, спрос на углеводороды вернётся к прежним объёмам, а цены на них пойдут вверх. Мы уже наблюдаем данную тенденцию на примере нефтяных котировок. Но, в отличие от нефтяной и угольной отраслей, газовая промышленность находится на этапе подъёма. Это связано как со стоимостными характеристиками природного газа, который лишь немногим дороже нефти, так и с экологическими. Удельные выбросы СО2 при производстве 1 кВт-ч электричества из природного газа составляют порядка 450 грамм, что практически является средним значением между выбросами гидроэлектростанций (10 гр/кВт-ч) и угля (1000 гр/кВт-ч). Таким образом, природный газ является своего рода «win-win» решением, так как позволяет найти баланс между интересами сторонников «зелёной» и сторонниками углеводородной энергетики. Особенно в краткосрочной перспективе после окончания пандемии, когда национальные правительства будут озабочены, прежде всего, восстановлением своих экономик, а не развитием дорогостоящих альтернативных источников энергии», - считает ректор Санкт-Петербургского горного университета Владимир Литвиненко.
The Role of Hydrocarbons in the Global Energy Agenda: The Focus on Liquefied Natural Gas

С ним согласны многие мировые эксперты, которые говорят о том, что «лучшее лекарство от низких цен – это низкие цены». В этом утверждении нет никакого алогизма, ведь грядущее снижение добычи и инвестиций в новые проекты наряду с ожидаемым ростом спроса и потенциально более холодной, чем в минувшем сезоне зимой обязательно приведёт к смене тренда.

Аналитическая компания Enverus ожидает, что глобальное производство газа сократится к декабрю 2020 года на 170 млн кубометров по сравнению с уровнем 2019-го. По мнению экспертов компании Data analytics, это приведёт к тому, что котировки на американской бирже Henry Hub в IV квартале могут закрепиться выше уровня 150 долларов ($4-4,5 за миллион британских тепловых единиц). Учитывая, что в Европе и, особенно, в Азии стоимость СПГ традиционно выше, его экспортные поставки к этому времени должны вновь стать рентабельными.

Катар

В среднесрочной перспективе (примерно через 5 лет) существует определённая вероятность появления профицита предложения в объёме до 100 млн тонн в год. Однако данный сценарий воплотится в жизнь лишь в случае ввода в строй всех запланированных производственных мощностей. В то время как нынешняя конъюнктура ясно даёт понять, что подобное развитие событий маловероятно. Скорее всего, в ближайшие годы будут реализованы лишь проекты со сравнительно низкой себестоимостью, а остальные - отложены до лучших времён. В этом случае на рынке возникнет дефицит в объёме порядка 30 млн тонн.

«Основным драйвером роста спроса на импорт СПГ в странах Азии является стремительное увеличение энергопотребления. Но если в Китае этот рост может быть частично обеспечен внутренним производством (более 160 млрд кубометров) и трубопроводными поставками (110 млрд м3), то страны южной и юго-восточной Азии в обозримом будущем окажутся в серьёзной зависимости от внешних поставок сжиженного газа, которые составят порядка 50% прогнозного потребления. Продолжит усиливаться интерес к импорту СПГ и со стороны Евросоюза. Во многом из-за того, что внутренняя добыча газа на месторождении Гронинген в Нидерландах серьёзно упала из-за сложной сейсмической обстановки. В 2018 году там было добыто лишь 18,8 млрд м3 по сравнению с 53,8 млрд в 2013-м. Местное население требует от правительства полностью остановить производство, что может случиться уже через два года. В Великобритании и Норвегии добыча также снижается, хоть и менее стремительно. А дальнейшее развитие трубопроводных поставок из России после начала эксплуатации «Северного потока-2» представляется малореальным в связи с монопольным характером экспорта», - говорит Владимир Литвиненко.

По прогнозам аналитиков Shell, потребление сжиженного газа в мире к 2040 году составит 800-900 млрд кубометров, то есть увеличится за 20 лет на 60-80%. И Россия, обладающая самыми большими запасами голубого топлива на планете, обязана вступить в борьбу за столь лакомый кусок пирога. Причём вне зависимости от того, сколь бурными темпами будет идти газификация страны и развиваться газохимические предприятия.

Это тем более реально, что наша страна обладает сегодня одной из наиболее обширных программ по развитию СПГ-индустрии. К 2025 году она предполагает выход отрасли на совокупную мощность 61 млн тонн, а к 2035-му – 140 млн тонн (почти 200 млрд м3, что сопоставимо с нынешними продажами «Газпрома» в ЕС). Это произойдёт за счёт развития трёх основных центров роста – в Балтийском регионе (с ориентацией на Европу), на Дальнем Востоке (на Азию) и в Арктике (и на Европу, и на Азию).

Но насколько реалистичны все эти планы? Ведь их реализация, особенно на Крайнем Севере, затрудняется высокими удельными затратами, сложными климатическими условиями и отсутствием необходимой инфраструктуры, то есть требует максимальной продуктивности при принятии инвестиционных и управленческих решений. В том числе, со стороны государства.

Новатэк
«Фактор монополизации экспорта сегодня ещё не оказывает столь же негативного влияния на поставки СПГ, как на продажи за рубеж трубопроводного газа. Однако если ситуация с государственным регулированием сектора не будет изменена, то перспективные рынки могут оказаться для отечественных компаний закрыты. В этом контексте критически важной становится скорость принятия решений, от которой зависит, какую долю глобального рынка удастся занять отечественным производителям. Сегодня законтрактовано уже около половины производственных мощностей СПГ-заводов вплоть до 2035 года. А значит весьма вероятно, что через 5 лет значительная часть спроса на ближайшее десятилетие уже будет обеспечена. Естественно, это сделает выход на рынок новых компаний весьма затруднительным», - пояснил перспективы увеличения доли России в глобальном СПГ-сегменте Владимир Литвиненко.

Напомним, что сегодня в нашей стране функционируют два крупнотоннажных СПГ-завода. Это Сахалин-2, принадлежащий «Газпрому», Shell, Mitsui и Mitsubishi, а также Ямал-СПГ, в состав акционеров которого входят «Новатэк», Total, китайская CNPC и Фонд шёлкового пути.Их продажи сжиженного газа на международных рынках в 2019 году достигли 11,1 млн тонн (более 15 млрд кубометров) и 12,8 млрд м3 соответственно, что составляет 5,5% от мировых поставок. В планах – нарастить нашу долю до 20%.

Распечатать