Возвращение «единорога»: как потерять все и снова покорить Кремниевую долину


Четыре года спустя после краха HR-компании Zenefits ее неоднозначный основатель возвращается с Rippling, еще одним стартапом по автоматизации работы с кадрами. Он уже стоит $300 млн и стремительно растет. Сможет ли Паркер Конрад в этот раз добиться успеха?

Паркеру Конраду было 32 года, когда он основал HR-стартап Zenefits. За три года предприниматель превратил компанию в один из самых успешных проектов Кремниевой долины оценкой в $4,5 млрд. Но для него наступила черная полоса: рост бизнеса прекратился из-за проблем с законодательством. В частности, брокеры Zenefits продавали медицинские страховки в штатах, где не имели лицензии на эту деятельность.

В феврале 2016 года Конрад был вынужден уйти в отставку, а Zenefits сократила штат и более чем вдвое ужалась по оценке при новом руководителе. Основатель стартапа заперся у себя дома и запоем смотрел «Звездные войны». Тем временем Комиссия по ценным бумагам и биржам США (SEC) и страховые регуляторы начали расследования. «Я прятался дома, был на грани самоубийства, ни с кем не разговаривал и наблюдал за катастрофой вокруг меня», — вспоминает предприниматель.

История искупления

Несмотря на кризис, рыжеволосый коренастый Конрад, которому сейчас 40 лет, по-прежнему верил в возможность упростить работу с кадрами с помощью софта. И по-прежнему верил в себя. За полтора месяца домашнего заточения апатия отступила, и предприниматель решил основать новую компанию, пусть даже его предыдущий проект все еще находился в кризисе. В апреле 2016-го он создал Rippling. Сооснователем и техническим директором стартапа выступил бывший директор по инжинирингу Zenefits, 32-летний Прасанна Санкар. «Он был словно лев, — говорит о деловом партнере Санкар, который поддерживал связь с Конрадом с момента ухода того из Zenefits. — У него было видение. Очень, очень ясное видение. И столько вещей, которые ему не удалось воплотить в Zenefits».

Первые два года партнеры, не привлекая лишнего внимания, работали из дома Конрада в районе Мишн-Дистрикт в Сан-Франциско и создавали программное обеспечение, которое позволяло бы не только управлять зарплатами и бонусами для сотрудников, но и решать множество мелких проблем при найме новых работников: например, предоставлять нужный уровень доступа к инструментам вроде Salesforce и GitHub и проверять, что они подключены к правильным каналам Listservs и Slack. К осени 2017-го временная штаб-квартира трещала по швам: теперь тут находилось 14 человек, не считая беременной на тот момент жены Конрада, ребенка и собаки.

Похоже, план оскандалившегося предпринимателя сработал и он может праздновать новый триумф. На сегодня уже более 2500 компаний, от Compass Coffee до DivvyUp Socks, подписались на сервис Rippling для управления кадрами и ежемесячно платят от $8 за пользователя. В 2019-м выручка стартапа достигла $10 млн. Годовая возобновляемая выручка (это распространенная метрика для бизнесов, работающих по подписке, и именно ее предпочитает использовать Rippling) составила $13 млн и в этом году может удвоиться, несмотря на влияние пандемии коронавируса.

Этой весной некоторые конкуренты сокращали штат, однако в Rippling, где работают почти 250 человек (почти половина из них — в индийском Бангалоре), смогли обойтись без непопулярных мер. Конрад говорит, что в марте компания вдвое урезала маркетинговый бюджет и открыла новую программу, в рамках которой стесненные в средствах клиенты могут подать заявку на Программу защиты зарплат (Paycheck Protection Program, или PPP) в апреле. Более трети клиентов воспользовались опцией. Несмотря на спад в экономике, апрель стал лучшим месяцем по продажам, заверяет Конрад.

«Работать на Паркера тяжело, ​​чертовски тяжело, — говорит Мэтт Макиннис, операционный директор Rippling и друг предпринимателя со времен колледжа. — Он требовательный, нетерпеливый.... Вот почему он так хорошо справляется с созданием компаний».

Неудача в Zenefits по идее должна была заставить инвесторов засомневаться в Конраде. Однако предприниматель без труда убедил ведущих венчурных капиталистов в том, что он ответственен скорее за рост проекта, а не за его падение, а также в том, что сможет повторить успех. Rippling уже привлек $100 млн, в том числе от фондов Initialized Capital и Kleiner Perkins. В последнем раунде в апреле 2019 года стартап собрал $45 млн при оценке в $295 млн. По оценкам Forbes, Конрад и Санкар в совокупности владеют в проекте долей не менее 40% оценочной стоимостью более $100 млн.

В этом году стремительный рост Rippling и внушительный объем финансирования позволили компании попасть в рейтинг 25 стартапов, которые, по прогнозу Forbes, имеют все шансы вырасти в «единорогов» — непубличные компании оценкой от $1 млрд. Конрад стал, вероятно, единственным, кто попал в список как создатель двух разных проектов: Zenefits вошла в самый первый рейтинг в 2015 году, всего за месяц до того, как объявила, что провела внушительный раунд финансирования на $500 млн, который возглавили Fidelity и TPG Capital, и менее чем за год до ухода основателя.

«Это самая удивительная история искупления, которую я видел в своей карьере, — признается Гарри Тан, управляющий партнер Initialized Capital, который знаком с Конрадом восемь лет и инвестировал в Rippling. — У него есть затаенная обида, и он все делает правильно».

Война с демонами

Конрад вырос в состоятельной нью-йоркской семье в Верхнем Ист-Сайде. Его отец был старшим партнером в престижной юридической фирме Davis Polk & Wardwell. Мать, которая происходила из династии девелоперов Роуз (ее отцом был Уиллард Роуз II), основала экологическую некоммерческую организацию. В престижной Монастырской школе для мальчиков в Нью-Йорке Паркер почти два года изучал нейробиологию, специализируясь на морских улитках. Эти труды в итоге принесли ему премию в $20 000 и третье место в национальном конкурсе Westinghouse Talent Search.

В Гарварде, где его отец изучал право, Конрад занимал пост управляющего редактора студенческой газеты The Harvard Crimson. «Я проводил столько времени в Crimson, что совсем забросил учебу», — вспоминает он. Взяв вынужденный академический отпуск, Паркер год проработал на Arkansas Democrat-Gazette, а затем вернулся в Гарвард и в 2003-м получил степень бакалавра химии. «Перерыв на год его по-настоящему напугал, — говорит супруга предпринимателя Алекс Конрад, которая познакомилась с ним в лагере в средней школе и вновь встретилась в Гарварде. — Страх был во многом связан с мыслями о том, что случится, если он снова собьется с пути и не окончит колледж».

После Гарварда Конрад работал менеджером по продукту в Amgen, но правила корпорации его сковывали. В возрасте 24 лет у него диагностировали рак яичка, но болезнь предприниматель победил. Годом позже, в 2006-м, вместе с университетским другом он основал стартап по управлению портфелем акций SigFig, изначально называвшийся Wikinvest. Шесть лет спустя из-за корпоративного конфликта Конрад вынужден был уйти из компании. В тот момент он осознал, как мало вариантов карьерного развития видит для себя. Вдохновившись принятием программы Obamacare в 2010 году, собственным сложным опытом найма сотрудников и взаимодействия с системой здравоохранения, в 2013-м он совместно с Лаксом Срини, который был разработчиком в SigFig, запустил Zenefits.

Дела у компании пошли в гору, и весной 2015-го при участии Andreessen Horowitz и других крупных венчурных фирм бизнес достиг оценки в $4,5 млрд (при $500 млн годом ранее). «Zenefits уже стал самым перспективным стартапом 2014 года и теперь близок к тому, чтобы заполучить тот же титул в 2015-м», — писал тогда Forbes, прогнозируя, что Конрад «может стать миллиардером».

Однако за красивым фасадом назревали проблемы. Осенью 2015-го Zenefits оказалась в фокусе пристального внимания общественности из-за того, что позволила брокерам продавать медицинские страховки в штатах, где те не имели лицензии. За эти действия компания выплатила штрафы в размере почти $9 млн. Но на фоне кризиса она перестала расти и не смогла достичь запланированного уровня выручки в $100 млн.

8 февраля 2016-го Конрад был вынужден подать в отставку. Оказалось, речь шла не только о проблемах с брокерскими лицензиями. Выяснилось, что Конрад создал программу-«макрокод», которая позволяла брокерам тратить меньше времени на онлайн-обучение, чем требовалось для получения лицензий в Калифорнии. Zenefits и Конрад позднее заключили соглашение с SEC, поскольку та из-за макрокода обвинила компанию в введении в заблуждение инвесторов. Стартап не стал признавать или опровергать эти выводы и выплатил штраф в размере $450 000, а лично Конрад заплатил чуть более $533 000. «Очевидно, Zenefits совершила ряд ошибок в соблюдении законодательства, и мы будем внимательно следить за тем, чтобы не повторить их [в Rippling]», — заверяет предприниматель.

Оглядываясь назад, он считает, что самой большой проблемой Zenefits был молниеносный рост, который опережал технические возможности. Это вынуждало компанию решать некоторые вопросы вручную и приводило к ошибкам. Близкие Конрада настаивают, что назначать его козлом отпущения за все проблемы стартапа было несправедливо. «Мучительнее всего было предательство», — говорит Алекс, которая тогда была консультантом по управлению, а сейчас работает в Tesla. Ни нынешний CEO Zenefits Джей Фулчер, ни прежний — Дэвид Сакс, исполнительный директор PayPal, который взял на себя управление переживающей тяжелые времена компанией после ухода Конрада, — не стали давать комментариев.

«У меня бывали и крупные достижения и фундаментальные ошибки, и этот цикл часто повторяется в моей жизни, — рассуждает Конрад. — Ты все время сражаешься со своими демонами».

Без права на промах

Во время видеозвонка в Zoom, который Конрад, одетый в серую фирменную толстовку Rippling, проводил из дома в Сан-Франциско, где он, его жена и двое детей (в возрасте 2 и 4 лет) пережидают пандемию, предприниматель со своего экрана показал Forbes, как работает Rippling. Администратор в программе может видеть не только зарплаты, но и приложения третьих лиц вроде Zendesk, Gong и более чем 500 других. Стоит вам нанять сотрудника, как Rippling добавляет этого человека в зарплатный проект и пенсионный план 401(k), доставляет ноутбук, на который установлены все нужные программы, ему на дом и предоставляет все необходимые для работы инструменты (так, бухгалтеры получают Excel, а инженеры — PyCharm), а также включает человека в нужные каналы Listservs и Slack.

Технология, которая лежит в основе сервиса и выполняет все эти задачи, сложна, однако для клиентов пользоваться Rippling должно быть так же легко, как скачать на телефон Candy Crush. Компания утверждает, что ее пользователи могут включить новых сотрудников в рабочие процессы (или исключить из них тех, кто уволился) за 90 секунд.

По словам Конрада, преимущество Rippling в том, что система не только автоматизирует подсчет зарплат, как это делают Zenefits и Gusto, но и управляет программами, приложениями и рабочими группами, которые необходимы новому сотруднику, а также обновляет все настройки по мере того, как сотрудник получает повышение, переходит в другой отдел или увольняется.

Работа выглядит не слишком броско, но она может сэкономить малым и средним предприятиям бесчисленные часы рабочего времени руководителей и избавить их от беспокойства и расходов, связанных с рутинными задачами. Кроме того, это гигантский рынок. Топ-менеджеры Rippling полагают, основываясь на данных Gartner, что совокупный объем глобального рынка HR-софта превышает $35 млрд.

«Все занимались разработкой программ для отдела кадров, а не программ для взаимодействия с сотрудниками, которые можно было бы использовать по всей организации, — объясняет Конрад. — Думаю, большая часть неизбежной административной рутины, которая так всех раздражает, сводится к необходимости получать информацию обо всех сотрудниках».

Один из его клиентов, Compass Coffee, сеть из 12 кофеен-обжарочных в Вашингтоне (все они сейчас закрыты или работают навынос), которая зарегистрировалась в сервисе прошлым летом, поначалу использовала программу, чтобы управлять зарплатами 190 сотрудников — непростая задача в условиях высокой текучки. «Расчет зарплаты раньше занимал не меньше 20 часов каждые две недели, — говорит сооснователь компании Майкл Хафт, которые лично занимался этим вопросом. — Теперь у нас уходит примерно 45 минут».

Но с начала пандемии COVID-19 Хафт, который был вынужден уволить большую часть сотрудников, использует Rippling еще и для получения информации, необходимой для подачи заявления на заем по программе PPP. Так же поступают еще 950 клиентов стартапа. «Они невероятно быстро изменили настройки в соответствии с инструкциями Управления по делам малых предприятий, так что кому-то вроде меня не нужно просматривать зарплатные ведомости за полтора года и считать вручную», — радуется Хафт.

Сможет ли Rippling избежать проблем, связанных со стремительным развитием и небрежным отношением к закону, которые привели к коллапсу Zenefits и вынудили Конрада покинуть пост руководителя? Предприниматель и его союзники уверены, что сможет, потому что Паркер сделал выводы из болезненного опыта и окружил себя опытными людьми, которые смогут помочь.

В их число входит Ванесса Ву, которая перешла на должность главного юрисконсульта из публичной компании LiveRamp — достаточно необычное кадровое решение для молодого стартапа и знак того, что Конрад всерьез намерен избежать прошлых ошибок. «У нас нет права на промах», — вторит Ву руководителю.

Кроме того, Конрад работает с Мэттом Мочари, коучем из Кремниевой долины, который консультирует основателей таких успешных компаний, как Coinbase, Opendoor и Reddit.

«Мне нравится Паркер: он хорошо знает себя. Он понимает, что у него есть свои недостатки, поэтому он ищет людей, которые помогли бы ему их исправить, — говорит Мамун Хамид, партнер фирмы Kleiner Perkins, которая возглавила раунд финансирования А. — Я уважаю эту его черту».

В конце концов, у Конрада есть и эмоциональные причины для развития Rippling. «Лично для меня один из доводов, почему я этим занимаюсь, в том, что, если я превращу Rippling в успешную компанию с выручкой в $100 млн, это приведет к переоценке событий в Zenefits, — заключает он. — Для меня это был единственный способ заговорить о случившемся и попытаться рассказать мою версию событий».

Перевод Натальи Балабанцевой



Распечатать