Stratfor (США): Общие антиамериканские интересы укрепляют российско-китайскую дружбу

Основные моменты

  • Стратегическое сближение между Россией и Китаем идет по многим направлениям и является продолжением долгосрочной тенденции, поскольку обе державы стремятся ослабить господство США в мировом порядке.
  • Если не считать энергетику, потенциал экономических отношений России и Китая используется не на полную мощность. У Москвы и Пекина не совпадают взгляды на геоэкономику из-за существенной разницы в их интеграционных инициативах.
  • Сближение между двумя державами продолжится и в 2019 году. Важнее всего то, что они будут укреплять сотрудничество в сфере безопасности, отчасти из-за того, что Вашингтон усиливает давление как на Россию, так и на Китай.

Российско-китайские отношения очень важны для мирового порядка, поскольку великодержавное соперничество между США, Россией и Китаем усиливается. Для оценки тенденций этих взаимоотношений на предстоящий год необходимо проанализировать все их многочисленные аспекты: экономический, политический и военный.

Несовпадение геоэкономических устремлений

После военного вторжения на Украину в 2014 году и введения экономических санкций Соединенными Штатами и Европой Россия удвоила усилия по привязке к Азии. Ее цели при этом заключались в наращивании двусторонней торговли и привлечении инвестиций. Что касается Китая, то главным результатом российского разворота в сторону Азии стало развитие отношений в энергетической сфере. Благодаря строительству нефте- и газопроводов Россия быстро превратилась в главного поставщика энергоресурсов в Китай, а Пекин существенно увеличил капиталовложения в российскую геологоразведку и добывающие отрасли, а также в перерабатывающие мощности ее энергетического сектора. К концу 2019 года будет завершено строительство крупного газопровода в Китай под названием «Сила Сибири».

Другие сферы экономических отношений развиваются не так быстро и результативно, как энергетика. Российская экономика намного меньше китайской, а ее база намного уже. Оружие и сырье — это единственные серьезные экспортные предложения Москвы. России не удается привлечь крупные китайские инвестиции в свой дальневосточный регион. Да, осуществляются некоторые транспортные проекты, цель которых заключается в том, чтобы связать две страны соответствующей инфраструктурой. Китайские фирмы также вкладывают деньги в российский агробизнес (это указывает на то, что экономические интересы в России взяли верх над ее страхами по поводу увеличения китайской миграции на Дальний Восток). В сентябре участники ежегодного Восточного экономического форума подписали во Владивостоке 175 соглашений на общую сумму около 42 миллиардов долларов. Большую часть сделок Россия заключила с Китаем, хотя пока неясно, сколько из них будет реализовано на самом деле. Российские условия зачастую оказываются непривлекательными для инвесторов, да и практика работы Москвы по осуществлению заключенных сделок, по мнению Пекина, оставляет желать лучшего.

Больше всего эти нестыковки проявляются в сфере геоэкономики. Главными проектами в этой области являются китайская инициатива «Один пояс, один путь» и российский Евразийский экономический союз. Стороны громко говорят о «гармонизации» этих двух проектов. Но хотя цель этих инициатив заключается в том, чтобы дать стратегические преимущества их спонсорам, у двух стран очень разные подходы к достижению этой цели. Инициатива «Один пояс, один путь» — это глобальный проект по развитию транспортной инфраструктуры, способный принести немалые выгоды многим его участникам. А Евразийский экономический союз нацелен на то, чтобы закрепить российскую сферу влияния. Еще одним препятствием для интеграции является то, что данные инициативы недостаточно закреплены в законодательном плане.

Проворство и сноровка как фактор влияния на регион

Центральная Азия является тем местом, где интересы России и Китая во многом совпадают. Этот регион богат природными ресурсами, примыкает к России и Китаю и является мостом в такие страны как Афганистан, который вызывает значительную обеспокоенность у Москвы и Пекина в плане безопасности.

Китай и Россия установили в Центральной Азии некий модус вивенди, или схему сосуществования. Она включает разделение труда, в рамках которого Россия занимается прежде всего обеспечением безопасности, а Китай стал в этом регионе ключевым экономическим игроком. Шанхайская организация сотрудничества (это региональная организация, в которой доминирует Пекин) обеспечивает организационную базу, а ее недавнее расширение увеличивает шансы на то, что российско-китайское сотрудничество в Центральной Азии в ближайшей перспективе будет расширяться.

Но стремление к соперничеству присутствует здесь неизменно. Например, и Россия, и Китай поставляют в этот регион оружие. Такое соперничество пока не оказывает пагубное воздействие на выработанный Москвой и Пекином практический компромисс, однако увеличение количества китайских сделок с центральноазиатскими странами в военной сфере устойчиво подрывает традиционные господствующие позиции России в области торговли оружием. Китай планирует создать военную базу в граничащей с Таджикистаном афганской провинции Бадахшан, и это может стать началом наращивания китайского военного присутствия в регионе, что серьезно тревожит Россию.

Потенциальные точки напряженности распространяются и на Индию, которая является соперницей Китая и издавна поддерживает тесные связи с Россией. Россия сыграла ключевую роль в принятии Индии в Шанхайскую организацию сотрудничества, уговорив Китай, хотя Пекин в ответ добился включения в состав ШОС Пакистана. Однако оттепель в российско-пакистанских отношениях и продолжающаяся перезагрузка в отношениях Индии и Китая означает, что Россия и КНР сегодня могут оказывать влияние на Южную Азию в сотрудничестве, а не как противники, усиливая соперничество между заклятыми врагами Индией и Пакистаном. То же самое можно сказать и о Вьетнаме, поскольку российские поставки оружия в эту страну не изменили в корне баланс сил в Азии. Вьетнам — это та страна, где Москва и Пекин могут просто согласиться не соглашаться, не меняя при этом свою стратегическую динамику.

Россия традиционно претендует на господствующее положение в Арктике, но и там ей приходится считаться с растущими китайскими интересами. Пока интерес Китая к этому региону ограничивается исследовательскими экспедициями, налаживанием цифровой связи и незначительными инвестициями в энергетику, скажем, в проект СПГ на Ямале, который Пекин осуществляет в сотрудничестве с Москвой. Россия и Китай также заявили о своем намерении сотрудничать в рамках проекта «Полярный шелковый путь», который станет составной частью инициативы «Один пояс, один путь». Китайско-российские трения в Арктике не приведут к силовому соперничеству двух стран в данном регионе, хотя определенное политическое соперничество здесь налицо. Арктика в гораздо большей степени находится в российской сфере влияния, чем в китайской; да и в любом случае Китаю будет очень трудно перебросить туда значительные военные силы и средства с учетом того, что в Азии у него более важные и неотложные приоритеты в сфере безопасности.

Дух товарищества за столом переговоров

Российско-китайское сотрудничество является самым развитым и продвинутым в сфере глобальной политики и дипломатии. У двух стран близкие взгляды на большинство важных вопросов, касающихся мирового порядка. Они совместно накладывают вето в Совете Безопасности ООН на резолюции об американских интервенциях на Ближнем Востоке и стремятся к усилению своего влияния на международные финансовые институты, резко критикуя Соединенные Штаты в вопросах киберуправления и ПРО.

Болезненно относящийся к вопросу суверенитета Китай воздерживается от критики в адрес России из-за ее интервенции на Украине. А Россия демонстрирует молчаливую поддержку Китаю в его морских спорах, проводя с ним совместные военные учения в Южно-Китайском и Японском морях. Две страны издавна занимают общую позицию по Северной Корее, поддерживая принцип «двойного замораживания» (в соответствии с ним Северная Корея замораживает свои ядерную и ракетную программы в обмен на замораживание США и Южной Кореей совместных военных учений — прим. ред.) и выступая против развертывания в этом регионе американской системы ПРО. Но на Корейском полуострове Россия находится на вторых ролях, уступая первенство Китаю. Недавно Москва попыталась сблизиться с Южной Кореей, стараясь играть более существенную роль в инфраструктурных проектах на полуострове. Это можно расценивать как ее попытку усилить влияние в этом регионе.

Усиление напряженности между США и Ираном, ставшее важнейшей глобальной проблемой, которая может обостриться в 2019 году, также играет ключевую роль в сближении Москвы, Тегерана и Пекина. Если Соединенные Штаты предпримут военные действия против Ирана, чего нельзя исключать, то Москва и Пекин попытаются сформировать коалицию с Европейским союзом, дабы изолировать Соединенные Штаты в сфере дипломатии и сформировать соответствующее мировое общественное мнение об этой стране.

Россия стала главной союзницей Ирана на Ближнем Востоке. Две страны проводят длительную совместную операцию в Сирии, гарантируя сохранение режима президента Башара Асада. Такое сотрудничество создает возможность для более активных действий России по защите Ирана военными средствами, скажем, силами ПВО. Если иранское руководство переживет военный кризис, Москва после такого конфликта может также наладить с Тегераном вполне официальные связи в сфере безопасности. Положение Китая на Ближнем Востоке более сложное — как и его интересы. Для него главное — беспрепятственно получать нефть. Но не исключено, что Россия и Китай видят в Иране препятствие для сохранения глобального порядка, и это влияет на их действия по продвижению своих индивидуальных национальных интересов.

Россия и Китай также выступают против нынешней модели глобального киберуправления, которой отдают предпочтение США и ЕС. Они выдвигают предложения о «киберсуверенитете», закладывая в них принципы, противоречащие открытому интернету, скажем, требование о хранении данных внутри страны, о содействии слежке и об усилении государственного контроля над онлайновым контентом и над средствами аппаратного обеспечения. Главные принципы из их предложения находят все больший отклик в Азии и Африке, и эта тенденция наверняка сохранится в предстоящем году.

«Восток-2018» как важный индикатор

Обеспечение безопасности военными средствами стало той областью, где российско-китайские связи имеют самые серьезные последствия для соперничества великих держав. Недавно Россия провела военные учения «Восток-2018», которые стали самыми масштабными со времен холодной войны. В них приняли участие 300 тысяч военнослужащих, 36 тысяч танков, более тысячи самолетов и вертолетов, а также боевые корабли флотов двух стран. (Зарубежные обозреватели заявляют, что эти цифры завышены вдвое.)

В этих учениях участвовали более 3 тысяч китайских военнослужащих. Это был первый случай, когда страна, не связанная с Москвой союзническими обязательствами, отправляет в Россию на военные маневры свой крупный военный контингент. (В учениях также приняли участие монгольские войска — в небольшом количестве.) Для Китая это были также самые крупные на сегодня учения за рубежом. Сценарий маневров предусматривал не борьбу с террористическими группировками или организованной преступностью (это те области безопасности, в которых русские и китайцы сотрудничают уже давно), а боевые действия против обычных вооруженных сил неназванного государства. Из-за участия китайцев цели учений перевернулись с ног на голову. Если раньше российские военные маневры «Восток» были направлены против Китая, то в этом году Пекин из вероятного противника превратился в партнера.

Что касается поставок оружия, то Россия предложила КНР комплексы ПВО С-400 и истребители Су-35, и эти контракты были недавно реализованы. Стороны неоднократно проводили совместные военно-морские учения в таких далеких от Китая местах как Балтийское и Средиземное моря. Они также осуществляют совместные тренировки по вопросам киберобороны, хотя масштабы и содержание таких учений не до конца ясны. Стороны подписали несколько соглашений о сотрудничестве в космосе, а также проводят совместные исследования и занимаются производством тяжелых вертолетов.

Но возможностей для сотрудничества между двумя странами гораздо больше. Китай постепенно догоняет Россию в сфере разработки и производства военной техники. Пока для России имеет смысл заключать соглашения о партнерстве в этой области, делая это как можно быстрее, потому что в будущем ценность такого партнерства значительно уменьшится. Россия и Китай могут также заняться вопросами оперативной совместимости своей военной техники, в том числе, в киберобороне, делая это в интересах защиты от вполне конкретных противников.

Военное сотрудничество, особенно с целью углубления оперативной совместимости в борьбе с общими неядерными угрозами, имеет огромное значение в стратегических делах. «Восток» и прочие учения важны в стратегическом плане, поскольку являются индикатором, указывающим направление движения российско-китайского сотрудничества.

Оси асимметрии

То соперничество, в которое вовлечены три великие державы, имеет отнюдь не симметричный характер, и строится оно не по трем осям межгосударственных отношений. По сути дела, в этой борьбе Соединенные Штаты противостоят двум своим евразийским соперникам. Китай — это равный по силам вероятный противник, находящийся на подъеме, а Россия сегодня самоутверждается на мировой арене. Соединенные Штаты все более враждебно относятся к Москве, введя против нее вторичные санкции в рамках закона «О противодействии противникам Америки посредством санкций» (а также заявив о намерении выйти из Договора о ликвидации ракет средней и меньшей дальности). Но администрация Трампа также ведет торговую войну против Китая, которая грозит превратить непростые американо-китайские отношения в открытую вражду.

У России и у Китая есть свои собственные интересы, и обычно такие раздельные интересы создают не меньше трений, чем точек соприкосновения. Но в эпоху асимметричного соперничества великих держав разногласия между ними становятся менее значимыми по сравнению с их противоречиями с Соединенными Штатами. Неудивительно, что каждый шаг Вашингтона по усилению давления на Россию и Китай приводит к укреплению стратегического сотрудничества между Москвой и Пекином. Таким образом российско-китайское сближение будет продолжаться почти во всех областях и, прежде всего, в сфере безопасности, что очень важно. По крайней мере, таковы перспективы на предстоящий год.


Распечатать