Санкционируйте. Почему мы не боимся санкций

Как только речь заходит о санкциях, российское начальство демонстрирует подозрительное "троемыслие". Первое — санкций мы не боимся, СССР жил под санкциями, и ничего. Второе — санкции надо отменить, нам ничего, но мы переживаем за своих партнеров, как бы им не стало хуже. И третья версия, для внутреннего употребления, — вы что, не видите, у нас санкции? Терпите, будет хуже. Как выразился российский миллиардер из Лондона, "у нас всегда было право на сто граммов хлеба и победить, вот это и будет наш ответ на санкции эти". У вас пока хлеб есть? Вот и помогите тем, кто в "Форбсе"…

На самом деле санкции санкциям рознь. Называть их все "антироссийскими" — смелое утверждение. Персональные санкции касаются сотни человек из полутораста миллионов и на экономику России в целом не могут повлиять никак. Чтобы работник с зарплатой 30 тыс.начал отождествлять себя с владельцами горнообогатительных комбинатов и сочувствовать им, ему надо иметь совсем уж горячее воображение.

Подсанкционные владельцы тех самых горнообогатительных и сталеплавильных комбинатов объясняют гражданам и гражданам начальникам, что санкции — это повод не для дискуссий, а для бюджетной помощи. Никто из "Форбсов" не собирается жить на ста граммах хлеба в день. Пусть начальство возмещает деньги, потерянные в результате санкций. Иначе плохо будет всем. В первую очередь работникам этих комбинатов, которых уволят, не дожидаясь предпенсионного возраста. И во вторую — местным бюджетам, которые лишатся главного и единственного налогоплательщика.

Вообще–то, скажут экономисты, тут не все так очевидно. Допустим, экспортная выручка таких компаний упадет. Допустим, причиной этому будут санкции (хотя кто мешает вам, поступившись долей прибыли, торговать через посредников?). Но с точки зрения экономики это то же самое, что и падение цены на вашу продукцию на мировом рынке. Вы хотите сказать, что не умеете хеджировать риски колебаний цен на металлы? Не может быть! Вы хотите компенсировать бюджетными деньгами свои менеджерские и инвестиционные ошибки? Это другое дело. Но это начальники готовы обсуждать со своими друзьями в индивидуальном порядке.

Потому что в смысле бюджетных средств начальство санкций действительно не очень боится. Федеральный бюджет — это нефть и газ. Плюс в руках два мощных рычага управления экономикой. Первый рычаг — слабый рубль. Второй — замораживание реальных доходов населения.

Кстати, о доходах. Если их нет у вас, это не значит, что их нет у государства. Да, санкции затрудняют привлечение валюты в страну, но вопрос: насколько страна в этой валюте нуждается? У России положительный текущий счет операций в иностранной валюте, слабый рубль позволяет без проблем решать бюджетные задачи. А всякое повышение пенсионного возраста и налогов — это не про наполнение бюджета, а про сокращение уровня доходов и потребления. Чтобы денег у граждан оставалось только на скромную жизнь и уплату процентов по кредитам. Такую политику власти, скорее всего, реализовывали бы и без санкций.

Степень влияния санкций на инвестиции — вопрос неоднозначный. Тот же Китай, например, никаких санкций не вводит, но и денег не дает. По данным ЦБ РФ, в 2017 году китайские инвестиции в основной капитал в России не превысили $500 млн. Для сравнения: в Пакистан Китай инвестирует в 120 раз больше.

Надо сказать, что во всем, что касается интересов собственного бизнеса, США, Европа и Китай действуют крайне прагматично и осторожно. Никаких санкций, которые могли бы всерьез задеть интересы американских компаний, никто пока не вводил и вряд ли введет завтра. Разговоры о "продуктовых антисанкциях" России — в пользу бедных, Европа давно переориентировала свой продовольственный экспорт. И в России эти санкции наверняка задумывались не как инструмент "наказания" Европы, а как средство расчистки рынка для своих аграрных холдингов. Добавим, что и Советский Союз столкнулся с серьезными санкциями только на исходе своего существования, и продолжались они недолго — по известным причинам.

Плохо, что никто не говорит о санкциях на поставку технологий. А вот это действительно серьезно, хотя и незаметно сейчас. Незаметно, потому что эффект этих санкций скажется даже не завтра, а послезавтра — например, когда начнется сокращение нефтедобычи, уже прогнозируемое даже профильными ведомствами. Но так далеко начальники не заглядывают.

Дмитрий Прокофьев, экономист




Распечатать