Tренд на повышение прозрачности, несмотря на временные трудности, неизбежен - глава Prosperity


Компания Prosperity Capital Management, работающая на российском рынке акций более 20 лет и получившая известность в первую очередь как "миноритарий-активист" крупнейших компаний, по-прежнему видит хорошие перспективы в России, несмотря на санкции со стороны США и бегство западного капитала. Глава компании Александр Бранис рассказал в интервью "Интерфаксу" что сейчас представляет из себя Prosperity, в какие активы инвестирует и какие перспективы видит в российском рынке акций.

- Что сейчас представляет из себя Prosperity Capital Management? Объем активов под управлением компании $3,7 млрд, сколько фондов в Prosperity и какова структура вложений?

- Да, стоимость активов под управлением составляет приблизительно $3,5 млрд, она колеблется, поскольку у нас открытые фонды и, конечно, рыночная стоимость нашего портфеля тоже меняется. Компания занимается инвестированием только в страны бывшего Советского Союза за исключением Прибалтики. Это 12 стран, Россия среди них крупнейший игрок по размеру экономики и фондового рынка. Вложения в Россию никогда не были меньше 90%, а сейчас это около 95% от наших инвестиций, доминирующее положение России будет оставаться в длительной перспективе.

У нас сейчас 7 фондов - есть один отраслевой, есть фонд, который инвестирует в компании, работающие исключительно на внутреннем рынке России. Остальные фонды инвестируют в любые отрасли, их стратегии могут немного отличаться. Есть основной фонд объемом около $900 млн, он создан в 1996 году. Для внешнего наблюдателя мы все-таки представляем себя как единую группу, всеми нашими фондами и мандатами отдельных клиентов управляет одна команда. Мы координируем свою работу с точки зрения сделок, активности в области корпоративного управления, также в работе во внешней среде.

Наши инвесторы, как и были исторически - институциональные - суверенные, пенсионные, университетские и благотворительные фонды, и небольшая доля приходится на состоятельных частных лиц. Когда мы начинали в середине 1990-х, у нас был фокус на Скандинавию, поскольку компания имела шведские корни, но с тех пор многое изменилось. Самым крупным источником средств под нашим управлением остается Европа (больше половины от наших активов), но серьезная доля приходится на инвесторов из США и Канады, а также Ближнего Востока - примерно от одной пятой до четверти.

- Вы видите снижение интереса к российским активам со стороны американских инвесторов в связи с уже введенными санкциями и угрозой новых?

- Мы не заметили такой тенденции сейчас. В 2014 году это было достаточно явно видно, потому что некоторые из клиентов были просто шокированы событиями, связанными с Украиной, и это повлияло на их поведение. Но с тех пор ситуация стабилизировалась и какой-то ярко выраженной тенденции на уход американских инвесторов мы не видим. У подавляющего большинства наших клиентов вложения в Россию - это совсем небольшая доля от их общих активов. Многие из них держат Россию в рамках доли в общемировых индексах, поэтому ведут себя достаточно спокойно, даже в случае серьезных событий - для них не характерны необдуманные и импульсивные движения.

- Какие активы сейчас в портфеле Prosperity?

- Мы инвестируем только в акции компаний, которые обращаются на фондовой бирже, неважно на какой - в Москве, Лондоне или Варшаве. Для нас главное, чтобы компания основную часть своего бизнеса вела на российском рынке или на рынках других стран СНГ. Листинг на бирже - это, прежде всего, прозрачность - мы всегда знаем, сколько стоит наша инвестиция, он также дает возможность купить или продать актив в любой момент. Ну и публичные компании раскрывают информацию, на ее основе мы можем делать свой анализ и принимать решения. При этом и мы не связаны никакими обязательствами с другими акционерами, мы просто покупаем, продаем в зависимости от того, что считаем правильным. Мы смотрим на компании любого размера - от самых крупных - голубых фишек, до средних и небольших.

Если смотреть на основной фонд, то мы стараемся для защиты от колебаний валютных курсов примерно половину портфеля держать в акциях компаний-экспортеров, но это не догма. По отраслям мы вкладываемся в нефть и газ, добычу и переработку металлов и другого сырья, розничную торговлю, финансовый сектор, связь и электроэнергетику. У нас нет каких-то отраслевых ограничений, нам интересно все, где мы видим хорошую перспективу.

- Как вы оцениваете инвестиционный климат в РФ и перспективы российского рынка акций с учетом угрозы новых санкций и бегства капитала с развивающихся рынков?

- Для нас всегда главными в оценке были фундаментальные факторы - это соотношение стоимости акций и прибыли, дивидендная доходность и другие показатели, связанные с развитием бизнеса, ростом прибыльности, стратегией, качеством менеджмента. На основании этих факторов мы с оптимизмом смотрим в будущее. Во-первых, мы видим, что российские компании за предшествующие годы прошли очень большой путь по улучшению качества работы, это касается производственной эффективности, прозрачности и в целом понимания менеджментом и акционерами, какие действия необходимо совершать, чтобы создать высококачественную компанию мирового уровня. Во многих отраслях менталитет людей, которые отвечает за бизнес компании, изменился к лучшему, и они ведут себя абсолютно так же, как и другие предприниматели по всему миру. Эти компании прибыльны, они растут, как правило, у них маленькие долги, акционеры заинтересованы в том, чтобы распределять существенную часть прибыли в виде дивидендов. Российский рынок во многих отраслях все еще не очень конкурентный (по сравнению с другими странами), рынки не насыщены, то есть компании имеют возможность зарабатывать хорошую прибыль и расти. Очень важно то, что все эти предприятия несколько раз пережили смену экономического цикла - спад, рост, накопили много опыта и являются достаточно гибкими по отношению к событиям во внешней среде, подстраиваются под них и находят бизнес-возможности.

И, конечно, российский рынок очень дешев по сравнению с другими - он более чем вдвое дешевле многих развивающихся рынков. Если 10-20 лет назад можно было сказать, что российские компании еще не развиты - это были новые компании без рыночной истории, не всегда можно было доверять акционерам, менеджмент не всегда был квалифицированным, то сейчас это уже не так, и такой огромный дисконт, на наш взгляд, ничем не оправдан.

Что касается политических и геополитических рисков - их сложно прогнозировать и это не наша специализация. Конечно, нам пришлось по воле судьбы в последний год познакомиться с этими вопросами глубоко, но в целом это не то, на чем мы фокусируемся. Клиенты задавали нам вопросы на тему того, что происходит вокруг Украины, о взаимоотношениях России с Евросоюзом и США. Это наша обязанность - давать комментарии.

- Что вы им говорите? О каких рисках предупреждаете?

- Я думаю, что все риски сейчас известны. В целом мы считаем, что любые экономические санкции в конечном итоге вредят обеим сторонам - и тому, кто их налагает, и тому, кто им подвергается. Мы считаем, что российские компании достаточно гибкие и могут реагировать на различные изменения, в том числе негативные, подстраиваться под них. Пока мы не видим катастрофического сценария, который заставил бы пересмотреть наш взгляд на Россию, и клиенты разделяют наше мнение.

Мы считаем, что главное - это то, что компании стали более ценными, чем тот размер рыночной капитализации, который они имеют сегодня под влиянием внешних факторов. Мы думаем, что рано или поздно их фундаментальная стоимость будет замечена инвесторами и произойдет переоценка российских активов.

- В какой перспективе вы ожидаете переоценку российских компаний?

- Когда мы делаем анализ и выбираем объекты инвестиций для своего портфеля, мы смотрим на перспективу 3-5 лет. Но очень сложно предсказывать такие события точно. Мы же не хедж-фонд, который в течение какого-то количества месяцев должен реализовать активы, мы готовы ждать. Тем более что российские компании выплачивают достаточно высокие дивиденды. У нас хорошая дивидендная доходность по портфелю - в районе 7-9% с перспективой роста, так что мы в любом случае зарабатываем, даже если не происходит рост стоимости акций в краткосрочной или среднесрочной перспективе.

- Какие компании вам нравятся, в какие акции вы инвестируете сейчас?

- Я бы не хотел давать какие-то конкретные рекомендации. Те компании, в которые мы инвестируем, нам нравятся. Могу сказать, что в последние несколько лет мы увеличивали вложения в компании, контролируемые государством, потому что мы видим много изменений, связанных с корпоративным управлением, выплатой более высоких дивидендов, приходом квалифицированных менеджеров. Например, "АЛРОСА" - там происходит много позитивных изменений, связанных со снижением издержек, они недавно приняли новую дивидендную политику. В целом компания управляется в интересах всех акционеров, у нее хорошее корпоративное управление, сильный совет директоров, позитивная структура акционеров, где сбалансированы интересы правительства РФ, Якутии, миноритарных и портфельных акционеров.

Мы также акционеры "Газпрома" (MOEX: GAZP), мы видим в нем большой потенциал, хоть сейчас там и много проблем. Рыночная стоимость этой компании основывается на том, что мало кто на рынке верит, что какие-то улучшения возможны, но мы считаем, что они вероятны, и это одна из наших инвестиций. Может быть улучшение дивидендной политики, повышение эффективности работы компании, какие-то другие изменения. Трудно сказать, что именно это будет и в какой последовательности, но факт остается фактом - есть большой перечень того, что может быть улучшено в "Газпроме". Наверное, что-то из этого когда-нибудь произойдет.

Еще мы акционеры "Интер РАО" (MOEX: IRAO). У компании тоже хороший менеджмент, эффективно управляющий компанией. К ним есть вопросы по дивидендной политике и по казначейским акциям, пакет которых недавно увеличился. Но мы думаем, что со временем это как-то разрешится.

- Как действия российских властей влияют на фундаментальную оценку российских активов: инвестиции компаний из "списка Белоусова", цель по дивидендам госкомпаний на уровне 50% от чистой прибыли?

- Я оцениваю ситуацию со "списком Белоусова" как часть рабочего процесса. Во-первых, в правительстве любой страны всегда есть разные люди, которые высказывают различные идеи. Государственные институты хороши тем, что есть определенный процесс проработки решений, который включает различные стадии анализа, размышлений, обсуждений, схваток. Россия ничем в этом отношении не отличается от других стран. Второй момент более локальный, связан с тем, что в России недавно были президентские выборы, сформировано новое правительство, сейчас идет притирка тех людей, которые уже были и остались, с теми, кто пришел, или теми, чьи должности изменились. Эти кадровые изменения вызывают большие бурления, новые идеи, это абсолютно нормально. Конечно, рынок реагирует нервно на какие-то внезапные объявление, но мы в прошлом видели много примеров, когда что-то предлагалось, но не всегда все это было реализовано, во всяком случае, в своем первоначальном виде.

В данном случае, я считаю, что все ограничится дискуссиями между компаниями и государством, первые будут осуществлять те проекты, которые они считают для себя привлекательными. Я не вижу такого сценария, при котором государство обязывает вкладывать деньги по определенному списку. Конечно, правительство имеет право убеждать компании что-то делать, компании рассматривают и реагируют разным образом. Я думаю, этим все закончится.

Инициативу по выплате не менее половины прибыли в качестве дивидендов мы, конечно, поддерживаем, потому что это лучший способ заставить компании быть более дисциплинированными с точки зрения инвестирования их прибыли, операционной эффективности. Это такой сигнал менеджменту, что он управляет компанией, владельцы которой ждут определенный доход, что он должен фокусироваться на прибыльности и эффективности. Даже 50% выплат - это не такая большая величина. Многие из госкомпаний имеют достаточно зрелые бизнесы с не очень высоким темпом роста, поэтому в более долгосрочной перспективе было бы логично, чтобы они выплачивали более 50% чистой прибыли в качестве дивидендов. "АЛРОСА" (MOEX: ALRS), "Ростелеком" (MOEX: RTKM) постепенно переходят на более высокие цифры по дивидендам, я думаю, что такое же будущее ждет и другие госкомпании.

- А как же инвестирование прибыли в развитие?

- Так как это коммерческие организации, их инвестиции должны осуществляться, когда есть уверенность в том, что они принесут хорошую норму доходности на капитал. Мы совершенно не против того, чтобы компании инвестировали, если есть проекты с привлекательной доходностью и низким риском и если есть возможности у самой компании эффективно организовать и осуществить эти проекты. Но не будем забывать о том, что чистая прибыль в отчетности этих организаций - это величина, учитывающая достаточно большие амортизационные отчисления, которых зачастую более чем достаточно для поддержания стабильного состояния активов, компании могут инвестировать в рост с учетом этих амортизационных отчислений. При этом для развития компании достаточно оставшейся доли чистой прибыли, остальное нужно направлять на выплату дивидендов. Кроме того, эти эмитенты часто совсем не загружены долгом, можно оптимизировать структуру капитала - привлекать больше займов, и если есть хорошие проекты, то этот вновь привлеченный долг, тоже направлять в инвестиции.

- Prosperity - один из миноритарных акционеров "Магнита". Как вы оцениваете работу компании с миноритариями, улучшилось ли ваше мнение о сделке Сергея Галицкого с ВТБ (MOEX: VTBR)?

- Во-первых, эта сделка уже уходит в прошлое, она была в феврале, а сейчас октябрь. Нам не все понятно в этой сделке, даже не столько в этой сделке, сколько в тех действиях, которые компания "Магнит" (MOEX: MGNT) осуществляла на протяжении предшествующих сделке 12 месяцев. Была допэмиссия, размещение акций на рынке, они говорили, что деньги нужны для того, чтобы больше инвестировать. Наши вопросы носят скорее историческую ценность, чем какую-то практическую, и они адресованы скорее к предыдущему менеджменту и акционеру.

Что касается текущей ситуации в компании, то мы видим, что сформирован совет директоров, в котором большинство - независимые директора, это позитивно. Мы знаем, что компания продолжает работать над своей стратегией, мы хотели бы видеть больше ясности в потенциальных сделках с крупными акционерами "Магнита", в частности, в сделке с "СИА Групп". Надеемся, что совет директоров будет работать в соответствии с лучшими принципами корпоративного управления и действовать в интересах всех акционеров. Пока нет оснований их критиковать, надеемся, они и не появятся. Менеджмент "Магнита" сформирован, и надеемся, что у него все получится, и компания станет расти быстрее и восстановит прибыльность. В этом заинтересованы все акционеры, начиная с самого ВТБ.

- Заметили ли вы ухудшение качества раскрытия информации российскими эмитентами и в целом корпоративного управления из-за изменений в законодательстве, связанных с антисанкционными мерами?

- Пока не замечаем ухудшения. У нас, конечно, есть определенные опасения, связанные с этими изменениями. Новое законодательство не лишает акционеров возможности защищать свои права в судебном порядке, но делает этот процесс гораздо сложнее, поскольку если акционер решит обращаться в суд по какому-то вопросу, то он не сможет, как раньше, глубоко изучить вопрос на основании информации, предоставленной компанией по его запросу. Теперь ему придется сначала запрашивать информацию у эмитента в судебном порядке и только в случае положительного решения суда будет возможность защищать свои права. Но закон принят, ничего другого, как действовать по новым правилам, не остается.

- Нет ощущения разочарования и ожидания, что компании станут менее прозрачными?

- Жизнь состоит из разочарований и каких-то радостных открытий, это часть жизни, часть рабочего процесса. Это не повод опускать руки и кричать, что все потеряно. В целом мы считаем, что тренд на улучшение корпоративного управления, на повышение прозрачности неизбежен. Он уже задан, и, несмотря ни на какие временные трудности, все равно развитие будет продолжаться именно в этом направлении, а не наоборот. К тому, что это будет происходить по принципу "два шага вперед, один назад", мы морально готовы и продолжаем работать дальше.

- Что позволяет вам сохранять оптимизм в этом вопросе? Почему компании будут прозрачнее?

- В этом заинтересованы все стейкхолдеры, потому что это хорошо для экономики в целом, для государства, для самих компаний, для контрольных акционеров, финансовых инвесторов и российских пенсионных фондов и т.д. От этого все выигрывают. Понятно, что на каком-то краткосрочном промежутке времени кто-то может считать по-другому, поэтому иногда происходят откаты или просто ошибочные решения. Но в целом понятно, что мы будем двигаться в этом направлении. Никаких иных деклараций, стратегических заявлений мы ни от кого не слышали. Их и не может быть. Все те, кто принимают подобные решения, а мы наблюдаем за их деятельностью на протяжении длительного периода времени, не дают оснований думать, что вдруг произойдет разворот на 180 градусов.

- Устраивают ли вас вложения в энергетические и топливные компании? Как вы оцениваете их перспективы?

- В целом, да, устраивают. Компании работают лучше. Например, "ЛУКОЙЛ" (MOEX: LKOH) - там произошли очень серьезные улучшения, связанные с погашением казначейских акций, с выкупом акций на рынке - это то, что "ЛУКОЙЛ" не делал никогда в прошлом. Менеджмент объясняет, что их подход к ведению бизнеса меняется, и это позитивно воспринимается рынком. Это хороший пример.

Во многих компаниях в ближайшее время будут происходить изменения такого рода, потому что в течение какого-то обозримого периода будет меняться поколение - передаваться акции этих компаний, старые менеджеры будут уходить, на их место будут приходить молодые. Для обеспечения этого процесса необходимы меры по повышению прозрачности, более адекватные действия по повышению капитализации, дивидендов.

- У вас есть практика консолидации миноританых пакетов акций компаний и выдвижения кандидатов в совет директоров, так было с "Магнитом", "Аэрофлотом". С какими компаниями продолжите эту практику?

- В основном это деятельность АПИ (Ассоциации профессиональных инвесторов, куда входит и Prosperity - ИФ), которая ежегодно в несколько десятков компаний выдвигает таких кандидатов. Конечно, это будет продолжаться. В основном мы выдвигаем своих кандидатов на годовых собраниях акционеров или внеочередных, как скоро будет в "Аэрофлоте" (MOEX: AFLT). Но к каким-то объявлениям по поводу следующего года мы пока не готовы, когда придет время - узнаете.

- Что вас сейчас беспокоит? Какие инициативы российских властей или другие события вызывают опасения?

- Нет стабильности в мире. Речь о политических событиях, которые отвлекают от нормальной деловой работы, но приходится с этим жить.

В России за последние 10-20 лет произошло очень много реформ, в первую очередь макроэкономических. Экономическая система страны очень гибкая и может спокойно подстраиваться под внешние изменения - цен на природные ресурсы, курс доллара. Это самое главное. То, что рынок падал в августе-сентябре, ну и что - мы с 1996 года видели и худшие падения. Начиная с текущего момента низкие цены на российские активы - это не проблема для инвесторов, а скорее возможности, потенциал роста.

Нас беспокоит инициатива Минэкономразвития РФ о введении в России акций с разными голосами и правами, их предложение пересмотреть регулирование сделок с заинтересованностью. Это противоречит мировому тренду, который направлен в сторону большей, а не меньшей защиты инвесторов, и, кроме того, нет никакой связи между ослаблением контроля в этой области и ростом экономики, что декларируется как цель этих предложений. Да, в ряде суперуспешных американских компаний действительно права акционеров слабо защищены, но это не повод подставлять подножку инвесторам в России.

- Многие компании сейчас сокращают free float или совсем уходят с биржи - "Уралкалий" (MOEX: URKA), "Дикси", "Черкизово", "Мегафон" (MOEX: MFON). Вас это не беспокоит?

- Пока рынок такой дешевый - это неизбежный процесс, потому что акционеры или стратегический инвестор видят возможность заработать. Они, условно говоря, берут деньги в долг и покупают на них акции, за счет прибыли, приходящейся на этот пакет, они могут обслуживать долг и у них еще остается какая-то разница, которую они кладут в карман. Это нормальный процесс. Нас немного беспокоит, что рынок становится более узким, но, с другой стороны, мы же видим и IPO - Polyus вернулся, "Черкизово" тоже заявляли, что готовы вернуться. Мы знаем, что стоит большая очередь из компаний, которые хотят стать публичными, и когда рыночные условия позволят, они выйдут на рынок. Ряд новых небольших компаний тоже вышли на рынок - "Обувь России" (MOEX: OBUV), Ferronordic (дилер Volvo CE и ряда других производителей автотехники в РФ, разместил акции в Стокгольме осенью 2017 г. - ИФ). Конечно, если на протяжении длительного периода иностранные инвесторы не будут интересоваться российским рынком и еще больше компаний уйдет с рынка - это может стать проблемой. Но пока это небольшая доля из того, что обращается, мы не очень этим обеспокоены.

Распечатать