Почему ЦБ РФ «зациклился» на инфляции? Эксклюзивное интервью только для читателей «Афанасий-бизнес»





Банк России добился снижения инфляции до 4% и намерен закрепить ее вблизи этой отметки. В Центробанке уверены: ценовая стабильность создает основу для развития экономики страны и роста благосостояния ее граждан.На вопросы издания «Афанасий-бизнес» о том, что такое инфляция и почему ее так важно удержать на низком уровне, отвечает начальник ГУ Банка России по ЦФО Ильшат ЯНГИРОВ.



Ильшат Инсафович, начнем с вопроса, который сформулируем самым бытовым образом. Как это так - инфляция падает, а цены на всё растут? Где взаимосвязь? 

— Нам часто кажется, что инфляция «в магазине» выше официальной. Но публикуемые цифры – отнюдь не подтасовка фактов. Расхождение официальных данных и «магазинных» цифр легко объяснить. Во-первых, у людей разные потребительские корзины, а рассчитываемая Росстатом инфляция отражает изменение стоимости потребительской корзины среднего российского потребителя.  Кроме  того,  некоторые товары в корзине дорожают, а некоторые дешевеют, и официальная инфляция показывает среднюю динамику цен этих товаров. Например, в Центральном федеральном округе в августе на 35% подорожали огурцы, сливочное масло прибавило в цене  25%, репчатый лук стал дороже на 15%, подорожали услуги гостиниц и проезд в троллейбусе. В то же время цены на гречку, например, снизились на 26%, капуста подешевела на 22%, сахар – на 16%, свекла – на 10%, стали доступнее бананы, виноград, крупа и бобовые. Но люди обычно замечают именно подорожание, а на снижение цен или их неизменность не обращают внимания. И очень часто по одному подорожавшему товару судят об общей инфляции. Поэтому ощущаемая инфляция, как правило, выше официальной.

На восприятие текущей инфляция  влияют  и более ранние скачки цен – после больших подорожаний «осадок» остается на несколько лет. Например, несколько лет назад резко подорожала гречка. С начала 2017 года она подешевела на четверть, но в нашей памяти все равно остается то, старое подорожание. А вот опыта долгой низкой инфляции в современной России пока нет. 

Естественно, люди отмечают изменение цен на то, что чаще покупают. Например, те, кто бóльшую долю средств тратят на продукты, замечают инфляцию именно при росте продовольственных цен. А люди с достатком, которые предпочитают импортные товары, более чувствительны к инфляции, вызванной ослаблением рубля. Особенности восприятия являются одной из причин повышенных инфляционных ожиданий: в августе в России фактическая инфляция составила 3,3%, ощущаемая – 11,3%, а уровень инфляционных ожиданий – 9,5%. Для снижения уровня ощущаемой и ожидаемой инфляции нужно время, это может занять не один год. Это в том числе вопрос доверия к Банку России: важно, чтобы люди увидели и почувствовали низкую инфляцию и поверили, что таковая возможна.

Почему Банк России работает над постоянным снижением инфляции, если она замедляет экономический рост? И к чему может привести дефляция, ведь уже начинают говорить и об этом?

— Общепризнано, что высокая и волатильная инфляция – это снижение покупательной способности доходов, обесценение сбережений, усиление социального неравенства, неопределенность, высокие риски, меньше сбережений и инвестиций. От высокой инфляции страдают все – и граждане, и предприятия. Но и дефляция тоже опасна. Если вы знаете, что завтра все будет дешевле, чем сегодня, вы отложите личную покупку, как и заводы, которые отложат закупку оборудования «на потом». А если все в экономике подождут с покупками, то отсутствие спроса еще больше снизит цены, то есть возникнет дефляционная спираль. Спираль приводит к кризису: все ждут, когда все подешевеет, спрос и производство падают, инвестиции замораживаются, экономика не развивается.

Лучше всего для благосостояния и устойчивого экономического роста небольшая стабильная инфляция. Это не препятствие для экономического развития, а важнейшее условие для экономического роста, причем, сбалансированного и позволяющего лучше развиваться. 

Экономическая теория не дает однозначного ответа относительно оптимального уровня инфляции в экономике. В России цель по инфляции в 4% выбрана совсем не случайно. Это зависело от диверсификации экономики, специфики производства и экономических взаимосвязей страны. 

Для того, чтобы развивалось производство, нужны длинные и дешевые кредиты. Когда мегарегулятор прогнозирует снижение ключевой ставки до значений, сопоставимых с цифрами стран «большой семерки» – например, Англии, Германии, Франции?

— Во-первых, для того, чтобы развивалось производство, нужен не столько дешевый кредит, сколько предсказуемость экономических условий, понятные правила игры - низкие инфляционные и другие риски. Тогда компании смогут вкладываться в долгосрочные проекты. Это, кстати, подтверждают опросы: в целом по ЦФО во втором квартале 2017 года только 21,4% опрошенных предприятий отмечали недостаток средств для финансирования инвестиций. То есть ограничивают рост инвестиций не столько условия банковского кредитования, сколько сохранение повышенных инфляционных ожиданий и макроэкономической неопределенности. В ЦФО по итогам первого полугодия за счет банковского кредита сформировано лишь 8% вложений в основной капитал. Основным источником инвестиционных вложений являются собственные средства компаний (54,3 %). А общий объем инвестиционных вложений увеличился на 15,1 % к сопоставимому периоду прошлого года.

Кроме того, ключевая ставка – не единственный фактор, влияющий на уровень банковских ставок. В ставки по кредитам заложены будущие риски, в том числе инфляционные. Если банки ожидают высокую инфляцию или чувствуют в экономике нестабильность и неопределенность, они будут закладывать эти риски в свои ставки. Поэтому цель Банка России – низкая стабильная инфляция – необходимое условие для устойчивого роста и развития.

Теперь о снижении ставки до уровней «большой семерки». В этих странах и в России – разные экономические условия. Центральные банки стран «семерки» снижали ключевые ставки до очень низких значений, когда у них была дефляция или угроза дефляции, низкие инфляционные ожидания. В России нет угрозы дефляции, инфляционные риски сохраняются. Поэтому наша денежно-кредитная политика должна оставаться умеренно жесткой, с положительными реальными ставками. Это позволяет, с одной стороны, снижать инфляцию, с другой – не блокирует экономический рост.

Банк России допускает возможность плавного снижения ключевой ставки в ближайшие полгода.  При устойчивом закреплении инфляции вблизи 4%  равновесный уровень ключевой ставки оценивается в 6,5-7%. 

Может, все-таки стоит снижать ключевую ставку более активно? 

— Возможно, политику Банка России можно назвать консервативной, но мы считаем такую стратегию важной для достижения более устойчивого результата в среднесрочной перспективе. Что может случиться, если в случае необоснованного или слишком быстрого снижения ставки деньги станут «слишком дешевыми»? Кредитование и спрос начнут расти быстрее, чем развивается производство. В результате производители и продавцы повысят цены - и инфляция опять разгонится. А вслед за этим опять вырастет неопределенность, волатильность, инвестиции станут более рискованными. Поэтому мы снижаем ключевую ставку плавно, тщательно взвешивая все факторы и риски.

Да, денежно-кредитная политика остается умеренно жесткой, но это, если вы обратитесь к фактам, дает результат. Падение ВВП прекратилось в конце 2016 года, а по итогам текущего года ожидается рост в 1,7‒2,2%. Восстанавливается кредитование населения, растет потребительский спрос. Ставка по ипотеке в июле достигла исторического минимума в 10,9%, как и по автокредитам – по долгосрочным автокредитам в июле она была 12,4%, по краткосрочным – 10,5%. 

Планирует ли ЦБ влиять на выдачу кредитных ресурсов? Ведь государство заинтересовано в развитии реального сектора экономики, однако кредиты предприятиям получить сложно. Они не отвечают заявленным банками требованиям, хотя объективно у работающего предприятия не может быть гладкого баланса. 

— Собственно,  проводимая Банком России политика инфляционного таргетирования и направлена в конечном итоге на повышение доступности кредита. Если же говорить о текущей ситуации, то низкой доступности кредита для компаний есть несколько причин. Банки ищут заемщиков с «гладким» балансом, потому что это позволяет надеяться на то, что проблем с возвратом кредита у компании не возникнет. Если банки будут иметь возможность отличить надежную компанию с «негладким» балансом от ненадежной – они перестанут требовать «гладкий» баланс. Банки работают над этим, внедряя цифровые технологии оценки заемщиков.В этом направлении работает и Банк России, развивая  бюро кредитных историй и  национальные рейтинговые агентства. Еще одна причина – нестабильная в недавнем прошлом инфляция, из-за которой банки опасаются давать долгосрочные кредиты. Вспомните зиму 2014-2015 годов, когда резко выросла инфляция, а вслед за ней – ставки по банковским вкладам. Тогда многие вкладчики закрывали «старые» депозиты и открывали новые по существенно возросшим ставкам. При этом проценты по кредитам оставались неизменными – и банки несли убытки. Центробанку за три года удалось снизить инфляцию до цели, теперь банки должны привыкнуть к этому и поверить, что так будет всегда.

Все предпосылки к восстановлению кредитования есть. За первые семь месяцев 2017 года российские банки выдали экономике почти  на 40% больше долгосрочных кредитов, чем за тот же период предыдущего года. Кстати, в ЦФО кредитная активность растет более активно, чем в целом по стране. Банки фиксируют рост спроса на заемные средства со стороны предприятий, а также отмечают позитивные ожидания роста спроса на ближайшие три и шесть месяцев. Пока банки продолжают придерживаться консервативной политики: они даже в условиях высокой конкуренции за заемщика смягчают условия кредитования только для надежных клиентов. Тщательный отбор заемщиков и кредитуемых проектов, конечно, ограничивает расширение корпоративного кредитования, но позволяет банкам следить за качеством портфеля ссуд. 

Банк России стремится достичь низкой, стабильной и предсказуемой инфляции. Напомню, что  мы ставили цель к концу 2017 года достичь 4%,  а затем сохранять ее вблизи цели в среднесрочной перспективе. Осталось дождаться, чтобы инфляционные ожидания также снизились и закрепились на низком уровне. Тогда готовность банков  предоставлять кредиты увеличится, а требования к заемщикам будут смягчаться.

Каким образом в рамках денежно-кредитной политики Банк России влияет на курс рубля и можно ли дать прогноз его курса на конец года?

— Начиная с ноября 2014 года в России действует режим плавающего валютного курса – какие-либо цели по уровню курса или темпам его изменения не устанавливаются. Плавающий курс – важная и необходимая составляющая режима таргетирования инфляции. Он действует как «встроенный стабилизатор» экономики, помогает ей подстраиваться под меняющиеся внешние условия, сглаживая воздействие внешних факторов. В нормальных условиях Банк России не совершает валютных интервенций с целью повлиять на динамику курса рубля. Центробанк может проводить операции с иностранной валютой только в исключительных случаях – в целях поддержания финансовой стабильности. 

Почему же курс колеблется? Курс иностранной валюты к рублю определяется рыночными силами – соотношением спроса на валюту и ее предложения на валютном рынке. Причинами изменения валютного курса могут быть любые факторы, в том числе изменение импортных и экспортных цен, уровней инфляции и процентных ставок в России и за рубежом, темпы экономического роста, настроения и ожидания инвесторов в России и мире, изменение денежно-кредитной политики центральных банков России и других стран. Значительные колебания валютного курса в ответ на динамику мировых товарных рынков связаны с сырьевой ориентацией отечественной экономики. По мере преодоления этой сырьевой зависимости станет возможной долговременная стабилизация курса.

Что представляют собой золотовалютные резервы с точки зрения денежно-кредитной политики, какова их роль?

— Помимо основной цели денежно-кредитной политики – ценовой стабильности – важной задачей Банка России также является поддержание стабильности финансовой. Международные резервы РФ – это стратегический инструмент для обеспечения долгосрочной финансовой стабильности в условиях глобальной неопределенности, это своего рода «подушка безопасности»  для защиты от возможных внешних шоков. Значительный объем международных резервов даст Банку России возможность проводить операции в целях поддержания финансовой стабильности, а также обеспечивать бесперебойное обслуживание внешнего долга в течение нескольких лет даже при сложной экономической ситуации. Накопленный к настоящему времени объем международных резервов ‒ 427,6 млрд долларов США (на середину сентября) ‒ весьма комфортный. Данный уровень существенно выше стандартных критериев достаточности.

Распечатать